Поиск стихотворений

Ты знаешь , милый ...
0
Голосов еще нет

Ты знаешь , милый , я любила ,
Тобой , как солнцем , дорожила .
И в небе темном лишь луна ,
Напоминала про тебя….
И дни , недели проходили ,
Мы друг от друга отходили
Все дальше .С временем прошла
Любовь . привязанность моя .
И . что –то с головою стало ,
Тебя я вспоминать не стала …
Забыла прошлые те дни ,
Когда с тобой мы были вместе ,
Гуляли в парке мы одни .
И слушали с тобою песни….

174
Бесконечное, дикое, злое...
0
Голосов еще нет

Бесконечное,дикое,злое...
Пустота обезлюдевших улиц...
Тёмно-красное плюс голубое.
Только б снова не обманули.

Смерти нет!Есть душа в полёте.
Смерти нет!Есть любовь земная -
На высокой звенящей ноте,
Все преграды превозмогает.

Не печалься!Закон в законе:
Это полночь дневную усталость
В одеяло своё загонит,
Чтобы там она крепко сжалась.

Твоё сердце - сосуд тончайший,
Твоё сердце любви подвластно...
Путь во мраке - не самый легчайший,
Ты иди им:дорога прекрасна!

173
Земля
0
Голосов еще нет

-Земля

Я топчу тебя ногами
Человек твой лучший друг,
Я в тебе копаю ямы
И в тебя я тихо сру.
А когда наступит время-
Наконец-то я умру,
Закопают словно семя
Позабудусь я к утру.
Буду среди трупов каши
Спать прекрасным белым сном,
По соседству с этим нашим
Канализации дерьмом.

-???

133
Суицид
0
Голосов еще нет

Мир напоминает
Большую тюрьму,
В которой уместили
твою судьбу.

Ты новорождённый
И это твой приговор,
Ты как осуждённый
Пожизненно вор.

Укравший когда-то
Ровно столько,
Сколько тебе надо
Чтобы жить свободно.

О какой свободе
Может идти речь?
Ведь ты на зоне...
И где же твой меч?

И сдесь ты не можешь
Ничего абсолютно,
Тебе сдесь не место,
Тебе не уютно.

И Ты понимаешь
Что ты человек!
И ты замышляешь...

"Побеег!"

Ты клюёшь на провокацию
И это твой меч,
Ты берёшь фотографии
И бросаешь их в печь.
Ты выбираешься из карцера
Спустя столько лет,
Это новая локация
- Cвободный человек

Ты вспорол себе вены
Кухонным ножём,
Ты вымазал стены
Последним виражём.

Ты смотришь в потолок
Сквозь радуги век,
Ты сделал всё что мог
И это твой побег!!!

131
Прощение
0
Голосов еще нет

Лучи солнца - брызги крови,
Что за красочный восход?
Заплетались мои ноги,
Ожидая поворот.

Полёт птицы - едкость соли
Прорезает мне глаза...
Эти слёзы не от боли,
Это сила - красота...

Я смеюсь в лицо покоя,
Приближаясь к городам.
Эти раны не от боя,
Это просто нагота...

Голые кости, как откровенье -
Больше нечего скрывать.
Вы попросите прощенья,
Если время умирать...

Я приду к вам в виде краха,
Бесконечность коротать.
Эти мысли не от страха,
Это просто пустота...

Пища порождает пищу...
Что за бред и бред за что?
Мысли-слюни словом брызжут -
Окровавленный платок!

Может я приду иначе,
Может вовсе не дойду.
Может ничего не значить
То, что я имел ввиду...

130
Просто
0
Голосов еще нет

Ты любила цветы, ты любила детей
ты любила сегодня и завтра
Ты любила сотню вещей
А я тебя просто трахал

Ты хотела учиться, ты хотела расти
И жить ты хотела с размахом
Ты хотела так в жизни себя найти
Ну а я тебя просто трахал

Ты мечтала о жизни с ярким чувством в крови
И меняла её мгновенно, без страха
Ты наверно хотела великой любви
А я тебя просто трахал

125
Бессонница
0
Голосов еще нет

Нет слаще соли музыки родной,
Что нет желанья тратить время в сон.
Вот если б можно было брать с собой -
Уснуть и чувствовать хотябы тон.

Нет слаще воли быть с тобой,
Чтоб не было желанья тратить время в сон.
Вот если б можно было брать с собой -
Уснуть и чувствовать хотябы стон.

Нет слаще доли, не смыкая глаз,
Писать тебе очередные строки.
Вот еслиб можно было и без фраз,
Чтоб только ты и я, и выдохи, и вдохи.

124
Остался
0
Голосов еще нет

Есть близкие, которых мы отпустим дважды
Достаточно лишь только захотеть.
Есть те, кого отпустим лишь однажды,
Когда позволим умереть.
***
В безумии, как в бесконечном сне -
всё переменно кроме самого безумья
Решения, что принимаются в огне,
Так далеки от тех, что принимал в раздумьях.

Те смерти, та несправедливость:
Как будто смерть в том выборе ошиблась стороной
Та боль, её неторопливость:
Как будто бы покой умерших - отнянный у нас покой.

...

Я жизнь не полюбил, не понял, не простил...
Мне не хватает глупости, не чувствовать себя глупцом.
В своих гоненьях не имею больше сил
И больше некому сказать, что я наверное держался молодцом.

123
Благополучие
0
Голосов еще нет

Есть люди - воины, отвага, честь
Потери есть, которые не счесть
Любовь есть, ненависть и месть...
А у меня лишь то, что можно съесть.

Есть зло, что всему миру хватит,
Есть друг, который всегда очень кстати
Подскажет: "Самое оно" или "не катит",
А у меня всего-лишь то, что я могу потратить.

...

122
Жизнь не так уж коротка
0
Голосов еще нет

"Жизнь конечно не длинна,
Но всем хотелось бы прожить её сполна."

Жизнь не так уж коротка,
Чтобы не помнить слова честь.
Жизнь конечно не легка,
Но ведь трудности - она и есть.

Жизнь не так уж коротка,
Чтобы бояться получить отказ.
Куда страшней такого кулака,
Жить, победив в последний раз.

Жизнь наверное не так уж коротка,
Ведь не даром сердце в неизвестность рвётся.
Вспомню я когда-нибудь из далека:
"Что вдруг заставило сегодня побороться"

121
Firesong
0
Голосов еще нет

Ненависть бьётся как бешеная стая,
Нервы шипят, как фитиль сгорая
И ритм нагретый красною сталью
Легко поддаётся ковке - фристайлу

Меня не погасить поливая грязью,
Хотите победить вот так вот сразу?
Пополнив чью-то голодную кассу
МС обломись... : придётся сражаться!

Всё, чем я живу, сделано огнём.
Всё, чем я питаюсь, сварено на нём.
Свет, что я вижу, им порождён.
Кто остался в тени, тот побеждён.

Do you think that you can consult? Shut up!
My rage is always born from fire?
It's only do me improbably strong:
Burn and play the firesong!

Я в сердце со скоростью воспламенения
Возвышу костёр для целой вселенной
Кто в сердце со мной тому и слова,
А кто не со мной - пойдёт на дрова.

В наших руках горит даже вода
Я и огонь, это мы навсегда
Если жизнь это печь, то хватит быть тёплым
Будь кочегаром - бросай в неё топливо!

Всё, чем я вижу, сделано огнём
Всё, чем я питаюсь, сварено на нём
Свет, что я вижу, им порождён
Кто остался в тени, тот побеждён!

119
Вослед тому, что есть уже...
0
Голосов еще нет

Вослед тому, что есть уже,
Свои картины я рисую,
Но я не строю миражей,
а только по земле тоскую.

Я красок не ищу других,
А только взгляд на многоцветье
Передаю тебе с руки
В своём - переболевшем - свете!

116
Анима
0
Голосов еще нет

Под стук часов в домах картонных до утра,
Изобразив азарт на лицах ватных,
Без ругани и крика, не в силах отвечать
Испорченные куклы за столом
играют в карты...© В.Е.
[1] Прим.автора: здесь «анима» - душа, вселенная, дом.

Тонкая пленка оконного стекла отделяла её от бесконечной пелены дождя. Дождь шел уже целую вечность, много лет подряд,
не прекращаясь ни на минуту и заливая маленький брошенный городок. В комнате было тихо, и эта тишина буквально сдавливала виски
стальными тисками, даже умирающие сонные мухи просто ползали по столу, не желая летать, сколько бы их не сгоняли с чашек, тарелок и
засохших кусков хлеба. Девушка лет четырнадцати, наверное, сидела на смятых простынях, подогнув под себя ноги, смотрела за окно,
словно пытаясь увидеть что-то сквозь дождь и тихо, неразборчиво что-то пела себе под нос.
У нее были длинные русые волосы, которые ложились волнами по спине, большие, внимательные серо-голубые глаза,
уже заметно потускневшие от постоянного одиночества, холода и серости, что окружала ее. Тонкое, бледное личико с детскими еще чертами,
ставшее невыразимо грустным делало ее чуть старше, чем она есть.
Послышался скрип. В комнату вошел согнувшийся от времени седой старик, опиравшийся на старую черную трость. Он постоял немного на
пороге и проворчал:
- Дурацкий пол... .Этот дом скоро рухнет...
Девочка повернула голову в его сторону и как-то безучастно взглянула на старика.
- Дедушка? Что ты тут делаешь?
- Как ты тут? - прошамкал старик, - Не замерзла?
Девочка поежилась слегка и покачала головой. Вошедший улыбнулся, обнажив почти беззубые десны, и подковылял к кровати, усевшись на край.
-Я знаю, знаю, - говорил он, прикрывая ее одеялом, - сейчас ведь по календарю глубокая осень. Тебе стоит одеться теплее.
- Не хочу, - безразлично ответила она. - Что там снаружи? Ты отпустишь меня наружу?
- Сегодня нет. Дорога снова ушла под воду, ты можешь провалиться.
- Скорей бы закончился этот проклятый дождь, - протянула уныло девушка. - Дедушка, ты хотел бы этого?
- Лиза, все когда-то хотели этого. И они ушли.
- Почему?
- А ты не видишь? Знаешь, что здесь было, пока не начался дождь?
Лиза кивнула:
- Ты рассказывал мне эту историю много раз. Но почем мы с тобой здесь, если другие ушли? Ведь там, где они сейчас, нет дождя?
-Может и есть, откуда нам знать? Ты вырастешь и все сама узнаешь.
Старик опустил седую голову и уставился в пол. Прокашлявшись, он сказал:
- В тот год, когда я взял тебя к себе, я был болен и не в состоянии уходить далеко. А люди: мои знакомые, друзья, родные - просто
бросили меня здесь только за то, что у меня была ты.
-Они ведь плохо сделали, правда?
- Не нам с тобой решать, что хорошо и что плохо. Они выбрали свою дорогу, а я остался здесь и собираюсь здесь умереть...
Мне все равно уже немного осталось.

Лиза подвинулась ближе к деду и аккуратно, не наседая ,обняла его за плечи, а затем сказала:
- Ну что ты, дедушка, тебе рано еще. Я не отпущу тебя отсюда. Ты ведь не оставишь меня одну?
Старик распрямился , повернулся всем телом к девочке и просияв, сказал:
- А знаешь, что я думаю?
- Что же?
- Мы уйдем отсюда, но только вместе.
Девушка снова посмотрела за окно и погрустнела еще сильнее. Уйти из города было невозможно, никаких дорог, мостов - ничего.
Кругом только серое зеркало воды до самого горизонта. казалось, что они сливаются воедино, границы совершенно не было видно. Много лет
уже Лиза жила в бесцветном мире, который замыкался квадратом ее комнаты. Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущего, и точно
такой же ждал ее завтра, и послезавтра, и еще много лет. Каждый день они с дедушкой разговаривали об одном и том же. Смысл не менялся,
менялись лишь слова, а еще девушка всё лучше понимала то, о чем говорит старик , а когда он уходил , вгрызалась взглядом в сизую даль,
желая понять, есть ли у нее конец, или же кроме нее больше ничего не существует. Она поначалу очень хотела узнать , где же те люди, что
покинули город, хотела посмотреть на них. Но у нее был дедушка, который знал всё и много рассказывал. Желание немного притупилось.
Она спросила:
- Куда же мы пойдем? Я боюсь.
- Чего ты боишься, Лиза?
- Боюсь, что дождь никогда не закончится. Он ведь не всегда был?
- Нет, конечно. Я видел этот город, когда еще светило солнце.
- Что такое солнце?
-Хорошо, что ты об этом не знаешь, Лиза. Считай, что тебе повезло, - тревожно сказал старик и потер ладонь об ладонь, - Всё-таки холодно
сегодня.
Старик замерзал с каждым днем всё чаще, он уже чувствовал , что его солнце никогда больше не будет светить. Он подолгу сидел с Лизой,
разговаривал с ней, что-то объяснял - иногда доходчиво, иногда туманно, так что девочка потом долго ломала голову. Она росла, а
вопросов, оставшихся без ответов, становилось всё больше.
Однажды она спросила:
- Почему ты так много мне рассказываешь, но я так мало понимаю. Почему я до сих пор боюсь?
Старик невозмутимо отвечал:
- Все мы чего-то боимся всю свою жизнь, сидя в плену своих собственных страхов. Они держат тебя взаперти, девочка, и ты должна с ними
справиться.
- Но я не знаю , как это сделать! У меня , наверное, не получится. - огорчалась она.
- Захочешь - получится. Только узнай, что тебя так пугает, иначе бороться будешь ты сама с собой и сойдешь с ума.
- Почему, дедушка?
- Потому что обычно мы представляем себе худшее, что может произойти с нами, при этом зная, что может случиться наверняка.
Но ты никогда не видела солнца, не видела, что там - говорил дед, указывая за окно, - и поэтому твой ум потихоньку начинает пожирать
сам себя в попытке найти объяснение необъяснимому.
- Ты не можешь мне объяснить? - спросила Лиза.
- Могу. Но ты опять не поймешь.
- Я , наверное, слишком глупая, - молвила огорченно девушка.
- Нет-нет, - успокаивал он ее, - наоборот, ты очень умная д, но как ты сможешь понять то, чего не можешь увидеть.
Вот смотри..
Он достал из кармана яблоко и показал Лизе:
- Что это?
- Яблоко.
- Откуда ты знаешь, что это яблоко?
- Ты часто меня ими угощаешь, - пожала плечами Лиза.
- Вот видишь, - смеялся старик, - ты можешь его увидеть, потрогать, попробовать, а потому знаешь, о чем говоришь.
Тебе страшно?
- Нет. Это всего лишь яблоко.
- Всё правильно! А для меня солнце - всего лишь солнце. Но ты не думай о нем.
- Дедушка, а помнишь, ты говорил, что неизвестное пугает и притягивает людей одновременно?
- Да, - улыбнулся он, - Есть и такое. Впрочем, это не всегда хорошо. Ты хотела бы увидеть других людей, говорить с ними,
жить вместе с ними?
Девушка пожала плечами и смущенно улыбнулась:
- Наверное. Я не знаю еще точно. Они хорошие? Как ты?
- Тебе решать, моя девочка, кто хороший, а кто нет. Они ушли и оставили нас с тобой здесь. Как думаешь, плохие они?

Лиза молчала и не знала, что на это ответить. Слова "хорошо" и "плохо" имели для нее расплывчатый смысл, и она не знала,
когда они бывают. В самом деле, эта грань была очень тонкой во все времена, и переступить ее в ту или иную сторону было проще простого,
причем чаще всего от человека мало что зависело, обстоятельства обычно играли решающую роль. Это, знаете, когда подбрасываешь
вверх монету и не знаешь, что выпадет - орел или решка. Всё в этом мире подвластно случаю, но, как ни странно, в этих случаях всё же
прослеживается закономерность, что образует замкнутый круг, из которого человечество никогда не вырвется.
В такие моменты она молча отворачивалась к окну и смотрела на такую привычную ей картину уныния. Старик куда-то уходил
и оставлял ее одну, давая подумать над очередным их разговором, который определенно должен был когда-то закончиться. Он то и дело ставил
девушке смысловые засады, вызывая в ее голове вихрь непонятных мыслеформ приводивших ее в смятение, и тогда она огорчалась, надувала губки
и часами могла молчать, а старик терпеливо ждал. У него было слишком мало на это времени, старость давно брала свое, и он слабел с каждым
днем, утешая себя одной лишь мыслью, что девочка найдет в себе силы навсегда покинуть свою клетку и не сойдет при этом с ума.
***
2. Утро началось привычным сухим шепотом дождя за окном детской. Лиза открыла глаза и сладко потянулась, вылезая из-по одеяла. Каждодневная серая паутина, окружавших ее стен, нисколько не смутила девушку.Она лишь немного поморщилась, прикрыла глаза,вздохнула неглубоко и вновь открыла. Она не думала о том, чем будет сегодня заниматься. Зачем думать, если она заранее знала, что будет через минуту, через час, через три дня... Нужно было вставать, иначе придет дедушка и начнет недовольно бурчать себе под нос что-то ... Дед не любил когда Лиза долго спала, он как будто боялся чего-то. Говорил:
- Всю жизнь свою проспишь... Она и так как во сне проходит... Эх, раньше молодежь совсем другая была.
Он тяжело вздыхал и долго с грустью смотрел за окно, где потоки воды с неба закрывали всё, что находилось ...вернее, должно было находиться вокруг.
Старик был так стар, что уже едва помнил, как выглядит мир без дождя. С каждым днем то слух, то зрение, то память подводили его. Но он не жалел об этом. Дедушка плакал по вечерам от жалости к девочке, плакал сухо, без слез, ибо глаза его давно пересохли. Он жалел о том, что видел слишком много, пусть это и забылось, а Лиза не видела и вряд ли увидит что-то вообще когда-нибудь. Старик умрет, и она останется одна, будет проводить долгие годы в одиночестве, которое погубит ее еще быстрее, чем она смогла бы прожить. Дом не отпускает ее, и она этого еще не поняла. Уйти отсюда - значит уйти в никуда и , возможно сгинуть, а возможно и найти остальных, продолжать жить и радоваться жизни. Хотела уйти и боялась одновременно, была счастлива, что живет и еще так молода и в то же время тяготилась своей клеткой.
В один из тысячей серых дней дождь немного ослаб, и уже не шумел водопадом, а противно постукивал по крышам и стеклам. Лиза стояла у окна , вглядываясь в изученную досконально ею панораму городка и увидела старика, который немного вдалеке возился со старой, пробитой в некоторых местах лодкой и пытался залатать эти дыры. Девушка набросила на себя дождевик , взяла зачем-то зонтик, висевший долгие годы на стене и побежала вниз по лестничным пролетам, перепрыгивая через ступеньку , а затем на воздух в мокрую тишину.
Было немного холодно, и по коже тут же побежали мурашки. Мягкая размокшая земля хлюпала под подошвами ее башмаков, которые тут же промокли насквозь. Вода неприятно холодила ноги, но Лиза даже не обратила на это внимания и направилась к деду по узкой тропинке, что поднималась иногда из глубокой воды и давала возможность пересекать улицу. Старик сидел на разбитом ящике, который он поставил на появившуюся более-менее сухую кочку. Сейчас он отложил в сторону инструменты и ждал Лизу, которую увидел еще издалека. Когда она не спеша подошла к нему и поприветствовала, он негромко сказал:
- Кажется, я просил тебя без моего ведома не выходит из дома. Разве не так?
- Но, дедушка, ведь дорога сегодня появилась. Что со мной может случиться?
- Будь осторожнее, Лиза, ты уже взрослая, но всё же слишком молода. Скоро некому будет за тобой присматривать.
- Что ты такое говоришь, дедушка?! - рассердилась она, - Прекрати так говорить. Ты останешься со мной. Что ты делаешь здесь?
- Как что? - усмехнулся старик, - Лодку чиню, не видишь?
Этот ответ, судя по всему, немного озадачил Лизу, она только приоткрыла рот, но так и закрыла потом, не зная , что спросить даже.
- Не спросишь даже, зачем я это делаю? - поинтересовался дед, вновь принимаясь за работу, с сосредоточенным лицом прибивая заплатку.
- Я не спрашиваю, потому что это, возможно, меня не касается, дедушка.
Он взглянул на нее , приподняв седые брови и улыбнулся из-под густых усов.
- Почему ты так уверена? Вообще, дети твоего возраста очень любознательны и задают множество вопросов, когда это их действительно не касается, понимаешь?
Она кивнула:
- Но как я меня может касаться твоя лодка? ты собрался рыбачить?
- Вообще-то нет, - пожал плечами старик, - решил подлатать ее, чтобы хоть как-то убить время. Тебе не скучно одной дома?
- Я не знаю, - ответила Лиза, - можно я посижу с тобой?
- Да, конечно, -улыбнулся он, - хоть не так тоскливо будет.

Лиза присела рядом со стариком и стала наблюдать за тем, как он заделывает очередную дыру в борту старой лодки. Вокруг плескалась вода и расходилась кругами от падающих с неба капель. Серые коробки домов выглядели размазанными на фоне дождливого неба, как будто художник случайно пролил воду на не высохшее еще полотно.
- Дедушка, - позвала Лиза.
- А?
- Помнишь , ты говорил, что люди ушли отсюда?
- Ушли, Лиза, ушли... - пробормотал старик себе под нос.
- А ты знаешь , куда?
- Откуда же мне знать? Они ведь и сами-то не понимали, куда идут.
- То есть? Как это - не понимали? Разве больше нет таких мест, как наш город?
Старик продолжал заниматься своим делом и невозмутимо отвечал:
- Я надеюсь,Лиза, что ТАКИХ нет. Были, возможно, но куда лучше, - он с грустью посмотрел на небо, - Только всё давно забылось. Хочу верить, что они нашли свой новый дом.
- Значит, и мы можем точно так же его найти, правда?
- Если только ты очень этого захочешь, то обязательно найдешь. Если ты знаешь, что тебе нужно искать... Иначе, ты просто уйдешь Никуда и будешь бесконечно искать то место, что зовется "Нигде".

Девушка замолчала. Каждую ночь ей снились странные сны, и они неимоверно мучили ее. Лиза не знала , как реагировать на них, бояться или спокойно смотреть их каждую ночь. В этих снах было что-то большее нежели вечный дождь, серый город и дедушка , доживающий свой век. В этих снах были краски, всё имело цвет ,и какие-то люди - их было много - жили в ее снах.

Лиза спросила:
- А что, если я знаю, что искать? Мы точно это найдем?
- Скорее всего, - улыбнулся старик, - ты всегдв можешь попробовать!
- Как это сделать?
Тогда он внимательно посмотрел на нее, сощурив глаза. Старик прекрасно понимал, чего наверняка хочет Лиза, но тут ему отчего-то стало страшно за нее.
- Для этого, я думаю, нужно для начала побороть свой страх.
- Я не боюсь.
- Знаешь, почему?
- Потому что, я не боюсь, дедушка, - повторила Лиза.
- Нет. Просто ты не знаешь, что такое страх. Поймешь только тогда, когда он будет смотреть прямо в твои красивые глаза. Самое страшное, что с нами когда-либо случается, моя девочка, это незнание. Здесь тебе знакомо всё - это твой родной мир, а там , - он указал в неопределенном направлении, - там и начинается неизвестность.
- Значит, тех людей больше нет?
- Возможно, многих просто сгубил страх. Сгубило то, что они там увидели и узнали. А может быть, всё наоборот - они живут Там и они счастливы. Запомни, этих людей, наших родственников и друзей, твоих родителей, подтолкнула безысходность. Страх остаться здесь и умереть в безумии пересилил страх перед неизведанным, и они всё-таки шагнули в тот туман, что вечно окружает нас. Лично я ничего, кроме веющей от него пустоты не чувствую.
Дождь полил сильнее, затем перешел в бешеный ливень и вспучил водную гладь. Старик сказал :
- Беги в дом, я сейчас вернусь.
Лиза вскочила и побежала домой , сопротивляясь встречным водяным струям, которые били ее по лицу. Старик остался на тонущем островке, чтобы закрепить лодку. Добежав до двери, девушка увидела, как он медленно ковыляет , опираясь на свою трость и находясь уже по лодыжку в воде. Дорога вновь ушла под воду, и , кажется, надолго. Внутри девушки что-то сжалось, она почувствовала что-то сдавливающее изнутри. Стало грустно, и почему-то в глазах помутилось от набежавших слез.

***
3.

Она плакала весь вечер и всю ночь, завернувшись в одеяло и уткнувшись лицом в подушку. Старик сидел рядом и молчал, поглаживая маленькой высохшей рукой ее по спине. Иногда она затихала и вроде бы начала дремать, но потом вздрагивала, всхлипывала , и всё начиналось заново. Он не пытался ее успокоить, это было не нужно. Девушка плакала так впервые за много лет, пока в один день для нее не открылось так много , что она попросту была не готова к этому и не выдержала. Каждую ночь старик находился рядом с ее кроватью и слушал, как во сне она зовет кого-то и просит забрать к себе.
Иногда он выходил на крыльцо и смотрел в черную бесконечную бездну, что простиралась далеко за городом, на темную водную гладь, которая плескалась под ногами. Старик уже давно привык к этому плеску, он был лучше и слаще всякой тишины. В этом городе и так было слишком тихо.. Иногда ночью немного спадала вода, обнажая скользкую дорогу через весь город, и старик, словно не боясь совсем не успеть вернуться домой и утонуть, ходил туда, но доходя до ворот, он останавливался , глядя ну клубящуюся перед ним темноту, такую манящую и одновременно пугающую.
В эту ночь он не пошел никуда. Только заранее приготовил лодку и закрепил ее на какой-то коряге , торчащей из воды, и накрыл ее, чтобы вода не собиралась в ней. Когда он пришел в комнату к девушке, она уже спала. Беспокойно, как в лихорадке. Старик не стал ее будить. Он только тихо бормотал себе под нос:
- Ты ребенок еще, и я должен тебя отпустить, хоть и не знаю, куда ты попадешь... Всем, кто столько лет сидит взаперти, грозит преждевременная старость...старость души и разума, за которыми тихо - ты даже не услышишь - приходит сумасшествие и смерть, одинокая и грязная. Да-да, я чувствую уже , как они тихонько , на цыпочках каждый вечер входят ко мне в комнату и нашептывают... Ты знаешь, Лиза, твоему старику очень страшно.

Он садился в кресло напротив , зажигал свечу на столе и долго смотрел на огонь, к которому откуда-то из щелей комнаты слетались черные мотыльки. Старик неподвижно следил за ними: некоторые летали высоко под потолком, некоторые подлетали слишком близко и , опалив слабые крылья, падали на стол замертво с тихим , еле слышным шелестом.
- Сколько же их было, - шептал старик, - и ты последняя. Впрочем, люди всегда были глупы , и не понимали, что с ними станет, даже если шли прямо в огонь, но умудрились сгинуть - кто их знает - и в тумане.

Уже близилось утро, когда старик поднял тяжелые веки и, протянув руку, легонько дотронулся до плеча спящей Лизы. Она зашевелилась и открыла глаза, с удивлением посмотрев на того, кто потревожил ее сладкий утренний сон.
- Пора, Лиза, собирайся, - сказал дед и вышел из комнаты.
- Куда?! - только и успела крикнуть она, но он не слышал.
Она выскочила из-под одеяла , быстро оделась, схватила зонт, лежащее на столе яблоко и , жуя на ходу, выбежала в дождь. Ливень хлестал по лицу, заливая глаза. Старик стоял на крыльце, одетый в черный непромокаемый балахон и опирался на свою трость.
- Дедушка?
- Не сейчас, Лиза, пошли.
Он подал ей руку, и они стали спускаться с холма по скользкой тропинке туда, где стояла лодка. Девушка была так занята непростым спуском, что перестала задавать вопросы, которые на некоторое время вылетели напрочь из ее головы. Несколько раз он оступилась и упала в жижу, а затем вся мокрая и в грязи продолжила путь. Наконец они добрались до так называемого причала, и дед, кряхтя от натуги, стал снимать с лодки брезент, а затем , указывая пальцем, крикнул сквозь шум дождя:
- Быстрее, лезь в лодку!
- Но я...
-Лезь, я сказал!

Лиза послушно, но робко подошла к воде, непонимающе взглянула на старика, но всё-таки залезла в лодку и села, боясь упасть, так как ее жутко качали волны. Следом туда забрался старик, и взял лежащие на дне вёсла. Одним из них он слегка ткнул в берег и лодка сразу отошла, стремительно понеслась по широкому руслу через город , к воротам, что вели... Кто знает, куда они вели...
Мимо проносились серые каменные домишки, кое- где наполовину разрушенные, скорчившиеся черные деревья , торчащие посреди огромных заводейДевушка смотрела на старика , молчаливо требуя ответа на вопросы, которые роились в ее голове. Сначала старик молчал некоторое время, но потом заговорил :
- Я довезу тебя только до ворот, дальше - сама.
- Но куда мы направляемся? Зачем?
- Разве ты не искала других людей, Лиза? Ты найдешь то, что тебе снится каждую ночь!
- Откуда тебе знать, что мне снится?
- Оно снилось и мне, когда я был моложе. Я ведь не настолько старый, как тебе кажется ,девочка.
- Тогда сколько же тебе лет, и почему я вижу перед собой дряхлого старика? - кричала она.
Он помрачнел, как тучи , бегущие по небу, гонимые сильным ветром. Затем он произнес:
- С тобой случится то же самое, если ты останешься здесь. Будешь стареть так быстро, что даже не узнаешь, жила ты или нет. Ты даже сейчас выглядишь немногим старше своих лет!
- А ты? Почему ты не хочешь отправиться со мной? Ведь я даже не знаю, где это!
- Это "где-то" у тебя вот здесь, - он протянул руку и дотронулся до ее лба, - Ты знаешь...
-- Я боюсь, дедушка! Не оставляй меня там одну!
- Мне уже слишком поздно что-то искать, Лиза, посмотри на меня. Я увядаю, а ты еще даже не расцвела, неужели ты хочешь закончить жизнь вот так , - он обвел рукой вокруг, - проводя скучные серые дни с полусумасшедшим стариком?
Девушка замолчала. Ведь в глубине души она понимала, что не хочет больше такой жизни, хоть и привыкла к ней и не жаловалась открыто. Сны окончательно убили в девушке терпение, но всё же она не была готова к такому стремительному уходу. Почти всю дорогу она сидела смирно, опустив голову. На лице не видно было ее слез, которые сразу же смывал дождь. Ворота города приближались. За ними она не видела ничего, но пустота пульсировала и клубилась, а Лизу вдруг неимоверно потянуло войти в нее... Она чувствовала, что там, в клубах тумана , скрывается что-то неизведанное...
Здесь поток был уже более спокойным, и они смогли без труда причались к холмику, который вода не скрыла.
Из лодки вылез один старик, Лиза же, словно в ступоре сидела, уставившись на арку ворот.
- Дальше ты отправишься без меня. Я не знаю, что тебя ждет там, и мне страшно не меньше, чем тебе, моя девочка. Жаль, что я так и не узнаю, что случилось со всеми остальными и с тобой. Жаль...
Девушка всхлипнула:
- Ты будешь помнить меня, дедушка? Не забудешь?
- Твой дом всегда будет тебя помнить и любить. Это твой мир, а я - его часть. Только будь осторожна и ничего не бойся. Твои страхи будут твоими вечными врагами, борись с ними.
- Я буду думать о тебе , дедушка...
- Прощай, Лиза!

С этими словами он толкнул лодку в борт , и она , плавно покачиваясь на волнах, понесла девушку туда, куда много лет назад ушли жители несчастного города. Лиза смотрела прямо перед собой и оглянулась лишь в последний момент, когда подплывала к воротам. В это короткое мгновение , она увидела, как старик достал из-под полы своего балахона какой-то странный предмет устрашающего вида, поднял его и поднес к своей голове. В следующую секунду ее поглотила тьма и раздался выстрел, прогремевший в е ушах, как раскат грома, а затем она , не успев даже осознать и заплакать, потеряла сознание.
***
4.
Дождь закончился навсегда. Теперь небо было просто серым и каким-то ненатуральным, искусственным, будто его приклеили к тому, настоящему небу и приклеили пластмассовые облака.
Впрочем, всё равно, есть оно или нет, если его почти целиком закрывают светящиеся пожирающим глаза светом, уходящие в бесконечную высь громадины, которые люди, вернее те существа, которые здесь обитают, назвали небоскребами.
Их сложно назвать даже существами. Машины наполовину, механизмы вживленные в плоть, принадлежавшие когда-то людям, способным чувствовать, мыслить каждый по-своему и жить , как заблагорассудится. Теперь же они превратились в ходячие куски железа и мяса, мыслящие по шаблонам, не знающие ни чувств, ни обыденных человеческих мыслей о доме, о друзьях , о том, зачем они существуют.
Дом был утрачен. Старый исчез навсегда, а новый просто не смог принять к себе Лизу.
Этому миру, в который она попала, проснувшись в лодке, не было угодно ее существования.
Свободно мыслящий организм был не нужен машине , которая распростерла свои клешни везде и всюду.
В зловонных канализациях города, в котором правило железо и электричество, распростершись в огромной луже машинного масла ,медленно угасал и ржавел бракованный механизм с разбитыми микросхемами и вырванным из груди стальным сердцем, правая рука конвульсивно задергалась, и на ней медленно погас дисплей с надписью
" Lz - 678" .

Санкт – Петербург, 2014 г.

115
Грустно и немного в кайф...
0
Голосов еще нет

Грустно и немного в кайф,
Когда декабрь лезвием по сердцу
Махнул внезапно ради собственных забав,
Мне некуда пойти, чтобы согреться.

Замерз, застыл и умер!
Среди мостов , канав, седеющих лесов.
Среди гробниц, смотрящих словно улей,
Гудящий роем недовольных голосов.

И кто б согрел, а ты , я знаю, можешь
Разжечь огонь посредством тусклых букв.
Когда придешь( приди, как только сможешь),
Прильну к теплу родных и нежных рук.

Не забывай меня, люби, и так нам будет лучше:
Седая Смерть уйдет, спросонья улыбнется Жизнь.
Но это будет – уже я вижу вечер,
Где ты и я , чьи руки навсегда сплелись.

Сейчас – лишь снег, чернила и зашитый рот,
Да лист пустой, чтобы украсть тебя.
И в свете ночника над ним склонился тот,
Кого зовешь ты Мастером.

114
Механизм
0
Голосов еще нет

Старая смазка, ржавое масло,
Скрип шестерней и скрежет металла.
Старая сказка навязчивой стала,
Металлический дождь. Высшая каста
В электронном экстазе молится богу
В хромовой рясе, дающего догму.

Ржаво-загнивающий тикающий город,
Старый механизм, переживший людей.
Ты всего лишь маленький Несчастный робот,
Привычный к жизни в своем колесе,

Что крутит без устали , не ведая времени,
Шаг влево, шаг вправо – и на детали,
Откуда явилось это жалкое племя,
У которого сердце и мОзги из стали?

Кончилась смазка, ржавое масло
Скрип шестерней и скрежет металла.
Ошибка программы, всё станет ясно.
Высшая каста –
Только «тик», только «так» -
И что-то пошло не так…
Что-то у них отказало…

В электроэкстазе молится богу
Ржаво-гниющий бессмысленный город,
Молится маленький несчастный робот
На механизм, дарующий догму.

113
Крик из-под плинтуса
0
Голосов еще нет

Капли, капли…
Вода из-под крана
Теребя нервы . льется, пол заливает.
Пепел в глазах. Кофе черный без сахара.
Окна распахнуты, лица заплаканы
Так, что , наверное, не узнАю.

Кто-то приходит и плачется. Бесит.
Видишь, там вешалка для белья?
Совет тебе будет: просто повесься.
Знаешь, выжми, как половую тряпку,
Душу, что не волнует меня,
Только сними в помещении шляпу.

И снова слова, бесконечные сопли,
Лживые фразы…
Такие же улыбки и утешения
В ответ. Катились бы сразу
Как осенью листья по мостовой –
Ни крика, ни плача, ни вопля.

Уходите. Только оставьте в прихожей свет.
Да нет же, нет. Я давно не боюсь,
Только жаль, если разносчик газет
Решит , что меня дома нет,
Или вообще я давно не живу,
И мимо пройдет. А я снова напьюсь
И без повода,
Раз уж нет плохих новостей,
И не хочется долго
Мыть чаем дешевым глотку.
Где же факты? Доводы?..

Ты кричишь на меня, и во мне одни минусы
Видишь. И что-то опять в соцсетях прочитала…
Я не буду просить похоронить за плинтусом -
Слишком сильно устал.

Пять часов.
По привычке шаги у двери.
Может, и правда сосед с учебы домой,
Может, ошибся я – еще рано.
И кто-то мелком от тараканов
Рисует на стенах, а я – один?

Нет, кто-то ломится в дверь.
Ну что ж, я , можно сказать, заскучал,
(Что-то я себе сам не верю).
Ну, что? Как дела?
Впрочем, если б это было так важно,
Ты обижен? Да и это не страшно,
Времени нет по кому-то скучать,
На СМС, на звонки отвечать.
***
Лишь ждать и любить тишину истерическую…
За окнами город пьет электричество,
А у меня лишь остывший противный чай.

111
Город
0
Голосов еще нет

Городской шум вновь окутал, как саван,
Окатив дождем спешащих прохожих,
Город тихо плачет, воздуха мало.
Кончился день. Возможно…

Стрелки на часах бегут, не сбиваясь.,
Торопя минуты, часы и года.
Время шло так, будто бы спотыкалось
И не встанет уже никогда. Никогда.

Всклоченный сумрак холодных подъездов
Проводит тебя до знакомой двери.
На лестничной клетке тесно. Тесно!
- А за дверью ждут…
- Не ври!

За дверью в тиши живет только Я,
На столе то ли письма, а то ли стихи,
На столе восковая свеча, как маяк,
Предо мной сижу я. Хочется закурить.

Просто сесть рядом и поговорить
О цветах на окне или погоде,
О том, кем быть надо и как надо жить.
Отвернется. День начался. Вроде.

И вот всё опять. Как старую ленту
Мотает испорченный магнитофон.
Старый мотив испорченный кем-то,
Однообразный, как ступени в метро.

Где-то играет «Сплин» еле слышно,
Включил просто так, чтобы не было тошно,
Но вот бы еще спустить ноги с крыши…
И закончится день. Возможно…

Город тихо плачет, воздуха мало
Бьется забытый осколок в груди.
Время споткнулось, дышать перестало.
Ну и что…
Докури и иди…(17.02.14)

110
Клетка
0
Голосов еще нет

Ночь. Уже так поздно – уходи.
Бросаю всё и падаю в постель свою.
Уйди. Уж черной птицей ночь сидит
Там, где я руку держал твою.
Всё закончилось…
Ох, забыться бы здесь навсегда,
И выхода нет мне.
Все равно ведь потом до конца
Разбиваться о прутья клетки.

Зверь не спит…
Ему в ночь пора на охоту.
Рвется он по привычке вперед
И от злости хрипит,
Но ошейник не дарит свободу.
И скулит от злости, и плачет,
Грозный рык из надорванной глотки,
Темный хозяин приходит с кнутом
И угощает бутылкою водки.
О, этот дурман! А хозяин скоро уйдет,
А мне
Останется только
Дым его сигарет
И замочный щелчок. На прощание…
Ночь! Снова это молчание!

Надо мною дождливый лоскут
Под названием Небо.
И нет уже ни надежды, ни веры –
Один только этот замкнутый круг.
Вдалеке сидит черная птица на ветке,
Здесь – только я
И привычно любимая клетка.
Хозяин сказал: «Ты не бог,
Вам отмерена малость.
Потерпи, мой любимый зверек –
Немного осталось»

109
Тоска лежала на коленях
0
Голосов еще нет

Тоска лежала на коленях
Полуисписанным листом,
Поверх нее ложились тени,
С размаху падали пластом,
Тяжелым грузом. Ныли плечи,
И солнце больше не светило.
Мне говорили – время лечит.
Но время тихо уходило…

Обидно. Страшно. Интересно.
Никто не знал тогда о том.
Здесь жутко, холодно и тесно,
Стал лепрозорием мой дом.
И чья была на это воля?
Кто захотел меня сломить?
Зачем-то раны посыпают солью,
Чтобы боль не чувствовать самим.

О, как же тяжело писать…
По строчке – каждый час.
Будильник среди ночи будит нас.
Еще минуту… Нет, пора вставать.
И снова, засыпая, к умывальнику идешь,
Мечтая о бессмысленном конце,
И только безразличие блуждает
На будто бы стареющем лице.

А за окном дождливая зима,
Такой еще ни разу не бывало.
Мне кто-то говорил, что время лечит,
Но время только тихо убивало.
Еще там люди под зонтами шли понуро,
Чернел заросший черный сад.
На небосклоне ходили тучи хмуро –
Как будто осенью – блокадный Ленинград.

108
Романс
0
Голосов еще нет

Не отводи любимых глаз, не отводи,
Ведь это так по сердцу бередит,
И вроде хватит уж петь эти песни,
Но болею я странной болезнью.

Жду , когда ты вернешься домой,
Путь твой снег укрыл пеленой,
Жду, когда ты ко мне доберешься,
Жду , когда ты опять засмеешься.

Смех твой чистый я чаем запью,
Твое имя сто раз повторю.
И годами будет мне вспоминаться
Это чувство в слезах – как проклятье!

То проклятье настигло тебя
Летним днем где-то там, на полях,
Это счастье – проклятая сила,
И оно нас тогда погубило.
Отняло у нас сон и покой,
Изводило холодной зимой,
Плач в подушку и чьи-то шептанья
Раздавались в тюрьме ожиданья…

Выйди утром во двор. На снегу
Черных птиц ты увидишь игру.
Воет ветер и гонит толпою…
Или я в этом городе вою!!!

Выбегая ко мне по утрам,
Не забудь взять с собою стихи,
Что любила читать на коленях моих,
Засыпая потом на груди.

Вот уж близится новый рассвет,
Будто розовый конь – вскачь.
Сквозь нежный свой сон услышишь ты плач
И увидишь в окне солнца свет…

107
Вурдалак
0
Голосов еще нет

Я почти засыпал
В одинокой постели своей,
И удавка моих одеял
Проводила по шее моей

Нежно, бледной рукою лаская,
Стараясь меня не будить.
Под утро душила, не зная –
Меня невозможно убить.

И с этою грустною мыслью
Я, мучимый дикой тоскою,
Встаю, расправляю крылья.
-Куда ты?
-Вернусь я не скоро.

Растворяюсь в ноябрьском воздухе
Одиноким тоскливым пятном,
Ох, не будет вам, смертные, роздыху,
Не умрет тот, кто умер давно.

Ваши мольбы ему непонятны,
Он когда-то вас так же молил,
Вы кровь его пили нещадно,
Чтоб вашу с улыбкой он пил.

В четырех белых стенах метаюсь,
Строками солеными пытаюсь залить.
Каждый день навсегда я прощаюсь,
Чтобы чаще в окно выходить.

Черный ноябрь – мой друг –
Холодеющий старец глубокий,
У него много страннейших слуг.
Один – вурдалак одинокий…

Я почти засыпал на холодных решетках
Сон или бред – я точно не знал:
Старуха в проходе с мокрою плеткой…
И удавка моих одеял.

30.11.13

106
Это двери скрипят на ветру...
0
Голосов еще нет

Это двери скрипят на ветру,
Это мне почему-то не спится.
И деревья дремлют в снегу,
В черном небе- черные птицы.

Скрежетание клювов стальных,
Что хотят мне выклевать сердце,
Слышу я у покоев своих-
Я впустил их лишь обогреться.

Но последней сюда входишь ты
Светлым призраком мертвой принцессы,
И под ноги летят лепестки,
Льются звуки траурной мессы.

Это кровь или капли вина?
Если кровь, то сколько же литров.
И смеются теперь по углам
Неизвестные в черных цилиндрах.

Восковые их лица в тени
Нарисованы столь неумело,
Что наружу торчат из-под них
Злые маски. И смотрят несмело.

И ничуть не дрожу я сердцем,
Но узнать все же я должен,
Кто впустил вас обогреться,
Кто Хозяин,кто ваш Художник...

Кто войдет сюда, в этот храм,
Тот назад вернуться не сможет.
Умирая от бесчисленных ран,
Он поймет всё и мне в том поможет.

Этот мир укрыт пеленой
Пыльной и довольно измятой.
Разглядеть я пытаюсь порой
Хоть какие-то яркие пятна...

105
Пора безжалостно сжигать стихи
0
Голосов еще нет

Пора безжалостно сжигать стихи
И напиваться допьяна безмолвием,
И чтобы каждым жестом говорить,
Как опротивело смотреть на всё.
Довольно!
Пускай горят и таят эти строки-
Холодные, ужасные. Смотрю...
Смотрю на них, и грустно, потихоньку,
Сквозь слезы им "прощайте" говорю.

Они уйдут, но я смогу ль забыть
Все, что на бумаге не может закрепиться.
И пепел серебрится на ладонях. Как мне быть!?
Я тишины хочу. Вы слышите, убийцы!??

И чувствовать, и думать перестать,
Закрыть глаза(уж сил нет материться)
Споткнуться раз, упасть и не вставать,
И допьяна безмолвием напиться.
В своем каземате, одинокий, ничтожный,
Я буду освистан, оплеван, обруган
Моими убийцами, и, все может быть,
Найду в темноте я верного друга.

Может, случится так, что любимые руки
Отыщут меня среди этой мрази.
Солнце мое! Как тяжка разлука!
Еще тяжелей среди мерзкой грязи.

Нет карт, чтоб гадать. Нет слов - говорить.
Нет чувств, чтобы плакать и улыбаться.
Есть время молчать. Есть время забыть.
Но больно, когда заставляют смеяться.

Я напиваюсь допьяна безмолвием.
Я буду каждым жестом говорить:
"Мне опротивело! Довольно!
Пора безжалостно сжигать стихи"

103
Испорченные куклы
0
Голосов еще нет

Затихли трамваев гудки и визги резиновых шин,
Пурпурный смрад поднимался над пыльным асфальтом.
Вдоль дорог из грязи в эту ночь вырастают цветы,
Чтоб ее отцвести, чтобы спеть своим нежным сопрано.

Под стук часов в домах картонных до утра,
Изобразив азарт на лицах ватных,
Без ругани и крика, не в силах отвечать,
Испорченные куклы за столом играют в карты.

Раздавленный сумрачный мир, мир театральных теней,
Сшит из дрянных лоскутов неумелым портным,
Который был пьяным, глупым и таким молодым,
Смотрящим на мир сквозь кривое пенсне.

Цветы свой плач отпоют, не услышаны, всеми забыты,
Не услышат их обитатели этих домов.
Завянут, засохнут с соцветьем раскрытым.
Лучше смерть, чем бесконечные тысячи слов.

Под стук часов в домах картонных до утра,
Изобразив азарт на лицах ватных,
Без ругани и крика, не в силах отвечать,
Испорченные куклы за столом играют в карты.

102

Страницы